ФНС составила «портрет» компании-неплательщика

На основе данных проверок Федеральная налоговая служба (ФНС) составила «портрет» типичной компании-неплательщика. От добросовестного бизнеса должники отличаются отсутствием «признаков реальной экономической деятельности», следует из презентации заместителя руководителя ФНС Константина Чекмышева, представленной на апрельской коллегии службы (есть у Forbes).
Среди неплательщиков распространены малый штат сотрудников (не более десяти человек), фонд оплаты труда (ФОТ) менее 5 млн рублей в год, нулевые или отрицательные чистые активы, околонулевая рентабельность, небольшие выручка и прибыль (медианное значение — 1,1 млн рублей). Также такие предприятия, как правило, не входят в группы компаний и не декларируют проценты. 
Особенно сильно отличия заметны по признакам малых ФОТ и численности сотрудников: среди неплательщиков такими характеристиками обладают 58 и 53% компаний соответственно, а среди плательщиков — 29,3 и 26,7%. Также ФНС выделяет признаки отсутствия чистых активов (58,2% среди должников против 34,2% среди добросовестных), минимальной рентабельности (39 против 17,8%), участия в группах компаний (из неплательщиков в группы входит лишь 6,4%, а среди плательщиков 18,2%). Кроме того, в презентации приводятся медианные выручки должников и добросовестного бизнеса — 141,2 млн рублей и 430,5 млн соответственно. 
В то же время за последний год существенно выросла общая задолженность по налогам и сборам всех предприятий — на 22,9%, до 2,5 трлн рублей по данным на 1 января 2026 года (на 1 января 2025-го показатель был равен 2,033 трлн рублей). Существенно увеличилась и задолженность, доначисленная по результатам камеральных и выездных проверок, — на 26%, до 1,038 трлн рублей (с 822,9 млрд рублей). Связано это в том числе с повышением результативности контроля: так, например, около 98% выездных налоговых проверок в первой половине 2025 года привели к начислениям для бизнеса. 
Повышение результативности в первую очередь обусловлено тем, что ФНС перешла на риск-ориентированный подход, говорит эксперт «Актион Бухгалтерия» (входит в группу «Актион») Надежда Сазонова. Алгоритмы автоматически находят расхождения, а расширенный перечень «красных флагов» (нулевая рентабельность, низкий ФОТ и т.д.) запускает больше камеральных проверок, говорит она. Зачастую бизнес не успевает адаптироваться к новым правилам, массовые ошибки в декларациях увеличиваются. Также попытки «не вырасти» выше порога, после превышения которого предприятия на упрощенной системе налогообложения (УСН) становятся плательщиками НДС (с 2026 года лимит снизили до 20 млн рублей), ФНС квалифицирует как дробление, добавила Сазонова. Но самым распространенным основанием для доначислений по-прежнему являются операции с контрагентами, которых налоговая посчитала недобросовестными («техническими»), отмечает генеральный директор Blcons Group Audit Department Мария Стригалева. 
В то же время с каждым годом глубина анализа ФНС становится все больше: инспекторы используют весь массив имеющихся у них данных, в том числе собранных в рамках предпроверочного анализа, содержащихся в реестрах ФНС, аккумулированных в информационной системе «Налог-3», говорит Стригалева. Кроме того, разрабатываются методики проверок тех или иных операций, которые направлены на выявление схем оптимизации. Описываются и признаки схем, вопросы и документы, которые должны быть запрошены для формирования доказательств нарушений, добавила эксперт. 
Эти факторы приводят к увеличению задолженности. С одной стороны, «портрет» неплательщика иллюстрирует «нулевые» организации, которые не занимаются реальной экономической деятельностью. Например, «компания с минимальными штатом и рентабельностью похожа на «техничку», которую используют для ухода от налогов», отмечает Надежда Сазонова. Такие фирмы нередко берут на себя чужие долги, добавила она.
С другой стороны, ряд перечисленных ФНС отличительных черт компаний-неплательщиков представляет собой критерии микро- и малых предприятий, говорит Мария Стригалева. Среди должников по налогам большинство — это небольшие организации, отмечает партнер департамента налогов и права ДРТ Антон Зыков. Часто для небольшого предприятия, действующего на арендованных площадях, проще все бросить и начать заново с новым юрлицом, говорит он.
В нынешних условиях микрокомпании максимально уязвимы, в том числе из-за изменившихся налоговых условий, говорит исполнительный директор «Опоры России» Андрей Шубин. Микропредприятия не так устойчивы, как более крупные, и сильно зависят от исполнения обязательств перед ними: не все имеют в портфеле нескольких заказчиков, которые компенсируют проблемы с неплатежами или задержками оплаты, указал он. 
Крупный же бизнес, по словам Антона Зыкова, не может себе позволить налоговые долги по многим причинам. Это и угроза возбуждения уголовного дела при недоимке свыше 18 млн рублей, и требования госзаказчиков, и опасность приостановления операций по счетам, социальная нагрузка, риск утраты активов и так далее, рассуждает он. 
Однако, как ранее писал Forbes, за последний год численность крупных компаний-должников (с выручкой от 2 млрд рублей) выросла в 1,5 раза. В презентации ФНС говорится, что растет задолженность предприятий с крупными доначислениями (свыше 2 млн рублей) — в начале 2026 года суммарно показатель составлял 2,02 трлн рублей. Причем 85,1% из этой суммы (1,72 трлн рублей) числится за несостоятельными компаниями со слабым (всего около 10%) покрытием долга активами.   
Долги растут не только из-за неудовлетворительной дисциплины бизнеса, а вследствие трех наложившихся трендов: роста фискальной нагрузки, ухудшения макроэкономических условий и повышения эффективности налогового администрирования, считает Андрей Шубин. В то время как картина в экономике в целом далека от оптимистичной, налогоплательщики не спешат нести денежные средства в казну — это, в свою очередь, повышает интенсивность действий со стороны налоговых органов, говорит партнер, руководитель налоговой и таможенной практики CLS Екатерина Смоловая. 
Cредний чек по проверке значительно вырос, а претензии становятся все менее предсказуемыми, говорит старший менеджер группы разрешения налоговых споров Kept Наталья Файзрахманова. Этим и объясняется то, что 85,1% (1,72 трлн рублей) от суммы крупных долгов от 2 млн относится к несостоятельным компаниям: основным кредитором в делах о банкротстве выступает именно ФНС, полагает она.
В ближайшие пару лет, по мнению Надежды Сазоновой, долги будут расти вместе с числом банкротств. В долгосрочной перспективе (три-пять лет) возможен перелом этой ситуации, если бизнес сможет адаптироваться к новым условиям и повысит прозрачность. 
Чтобы изменить ситуацию, недостаточно усиливать контроль, говорит Екатерина Смоловая. Наоборот, следует снижать административную нагрузку, упрощать доступ к финансированию и делать налоговую систему понятнее и гибче, считает эксперт. Одна из главных причин роста долгов у бизнеса — финансовая хрупкость и недостаток ликвидности, подчеркнула она. Многие компании не могут платить налоги не из-за «злой воли», а из-за отсутствия прибыли и ликвидности, согласен управляющий партнер, старший налоговый консультант юридической фирмы «Формула Согласия» Дмитрий Ломакин. По сути, государство сейчас стоит перед выбором: либо корректировать фискальную политику в сторону снижения нагрузки и восстановления предсказуемости, либо мириться с растущим разрывом между начисленными и реально поступившими налогами, заключил он.