Степени риска: как дело Дурова может отразиться на пользователях Telegram

ФСБ обвинила основателя Telegram Павла Дурова (внесен в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга) в содействии терроризму. Претензии заключаются в том, что в Telegram работают каналы, используемые для координации диверсий, терактов и кибермошенничества, а администрация мессенджера игнорирует требования российских властей об их удалении. Сразу же появилась информация, что депутаты не исключают возможность признания мессенджера террористической организацией и предостерегают от оформления в нем платных подписок. Какие риски уголовное дело против Дурова создает для обычных пользователей мессенджера?

Не первая попытка

Еще в 2018 году было вынесено судебное решение о блокировке мессенджера на территории России. Обусловлено это было невыполнением требований российских властей предоставить ФСБ ключи шифрования Telegram. В итоге блокировки оказались неэффективными и были прекращены, а ресурс оставался в основном доступным для пользователей вплоть до весны 2026 года.
Информация об уголовном деле против Павла Дурова за содействие террористической деятельности впервые появилась в конце февраля. Тогда же заместитель председателя комитета нижней палаты парламента по информационной политике, информационным технологиям и связи Андрей Свинцов заявлял о возможности признания Telegram экстремистским, а эксперты начали активно предупреждать о рисках уголовной ответственности для пользователей мессенджера. Юридических оснований для паники не было, но пользователи все равно волновались.
На этом фоне началось ограничение доступа к Telegram по решению Роскомнадзора. По мнению ведомства, мессенджер продолжал игнорировать требования российского законодательства, поэтому блокировка была ожидаемой обеспечительной мерой. Одновременно с ограничением доступа стало известно о нескольких административных делах, возбужденных ФАС в связи с незаконным размещением рекламы в Telegram. Это вызывало недоумение, поскольку правовых оснований для применения законодательного запрета размещать рекламу в мессенджере не было. А чуть позже антимонопольный орган выступил с официальным заявлением, что «хозяйствующим субъектам требуется время для адаптации к новым правилам и переориентированию на другие рекламные каналы», поэтому в переходный период до конца 2026 года меры ответственности за распространение рекламы в Telegram применяться не будут.

Что грозит пользователям сейчас

Пока юридических рисков нет. Возбуждение уголовного дела против владельца мессенджера не должно влечь правовых последствий для пользователей, даже если дело связано с незаконными действиями в работе Telegram. Использование сервиса, оплата подписок, размещение рекламы — все это не может быть приравнено к финансированию терроризма или какому-то иному содействию в осуществлении противоправной деятельности. Ровно как и возможное включение Павла Дурова в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга не повлечет ограничений или запретов для обычных пользователей сервиса, владельцем которого он является. Правовой связи между этими событиями и обстоятельствами нет. 
Однако «дело Дурова» может послужить основанием для признания Telegram экстремистской или террористической организацией или для дополнительного обоснования законности его блокировки. При таком сценарии можно ожидать судебного решения о признании ресурса запрещенным, как это было с социальными сетями Instagram и Facebook после признания их владельца (компании Meta) экстремистской организацией и ее запрещения в России. Другой вариант — признание компании, владеющей Telegram, нежелательной организацией.

Если Telegram признают экстремистским

Российское законодательство содержит ряд ограничений и запретов, которые вводятся автоматически в случае признания той или иной организации экстремистской или террористической. Если Telegram получит такой статус, то будет запрещено:
Использовать мессенджер для общения, создавать и вести каналы, регистрировать новые аккаунты, комментировать посты можно. Если, конечно, не будет новых изменений в законодательстве.  
Мнение редакции может не совпадать с точкой зрения автора