Forbes Life провел встречу с Александром Сокуровым

Паблик-ток стал первым в серии камерных событий, приуроченных к перезапуску журнала Forbes Life. Обновленный формат проекта предполагает более тесный диалог с выдающимися представителями российского бизнеса и культуры, объединяющий их вокруг ключевых общественных и гуманитарных тем.
Партнерами вечера выступили первый коктейльный бар Москвы «Шаляпин», Beluga Farm — семейная компания из Астраханской области с более чем 30-летней историей производства черной икры и осетровых деликатесов, а также Telomerol — премиальная линия средств для омоложения. Благодарим партнеров за участие и поддержку мероприятия.

Ремесло режиссера

Вечер открылся показом фрагментов из фильмов Александра Сокурова. Они стали отправной точкой для разговора о природе кинематографа, работе с исторической памятью и месте документального материала в художественном высказывании. Режиссер рассказал, как хроника и реальные события, проходя через авторское осмысление, превращаются в кино, позволяющее по-новому взглянуть на человека и эпоху.
Режиссер признался, что никогда не воспринимал себя исключительно как человека искусства. «Я фабричный человек. Я ремесленник. Я везде, где бываю, в первую очередь еду на заводы», — сказал он, объясняя свой интерес к промышленности, инженерному труду и устройству реального мира. По словам Сокурова, режиссура невозможна без постоянного обучения, наблюдательности и внимания к людям. Именно поэтому источником профессионального опыта для него становятся не только съемочные площадки, но и встречи с представителями самых разных профессий и жизненных укладов.

Цена пройденного пути

Николай Усков обратился к документальному фильму «Беседы с Солженицыным» (1998, — Forbes Life), в котором писатель размышлял о том, что человек теряет и приобретает с возрастом. Продолжая эту тему, модератор предложил Александру Сокурову подвести собственный жизненный и профессиональный итог.
Режиссер признался, что главной утратой считает физические силы, а значительную часть своей жизни посвятил профессиональным и мировоззренческим спорам. «Никогда не сомневался, что надо именно так себя вести, и у меня никогда не дрожали коленки», — сказал Сокуров.
Режиссер отметил, что самым ценным для него стали творческий опыт и профессиональные открытия. «Я приобрел счастье небольших маленьких побед, которые убедили меня, что надо профессионально развивать кинематографическую лингвистику и кинематографический язык», — подчеркнул он.

Визуальный учитель

Николай Усков обратил внимание на характерную работу Александра Сокурова с цветом и светом — в частности, рембрандтовскую светотень, заметную в фильмах «Молох» (1999, — Forbes Life) и «Телец» (2001, — Forbes Life), — и спросил, как сформировался этот визуальный язык.
Сокуров ответил, что не считает кинематограф художественной системой с окончательно сложившимся языком. По его мнению, кино по-прежнему находится в процессе становления и во многом опирается на опыт других видов искусства. Именно поэтому главным ориентиром для себя он называет классическую живопись. «Единственное пространство, где мы как ремесленники можем обрести стабильный, надежный опыт художественного творения, — это традиционная живопись», — сказал режиссер.
Он признался, что для каждого фильма сознательно ищет собственного «визуального учителя». Во время работы над картиной «Мать и сын» (1997, — Forbes Life) таким ориентиром стал немецкий художник Каспар Давид Фридрих, в других проектах — русские художники-передвижники. По словам Сокурова, художественный язык рождается из преемственности и внимательного изучения опыта предшественников. «Рембрандт — это целый мир. Там столько всего закодировано — гигантское пространство умения, исследования, практики и даже науки», — подчеркнул режиссер.

Мужское и женское

Продолжая разговор о художественном языке Сокурова, Николай Усков обратился к еще одной особенности его кинематографа — образам власти, иерархии и мужского мира. Модератор отметил, что в большинстве фильмов режиссера именно мужские персонажи оказываются в центре повествования, и спросил, почему тема любви и отношений между мужчиной и женщиной остается на втором плане.
«Это сложный вопрос для публичного изложения», — ответил Сокуров. По его словам, значительная часть женского опыта до сих пор остается недостаточно представленной в кино. «Я все время жду, когда женщины начнут снимать фильм о себе», — сказал режиссер, отметив, что только личное высказывание способно передать этот опыт во всей его сложности. Развивая мысль, Сокуров признался, что взгляд мужчины на женщину неизбежно ограничен. По его мнению, многие ошибочно считают, что способны понять ее природу, тогда как в культуре ее образ нередко сводится к эстетическому идеалу, а не к полноценной человеческой личности.
При этом режиссер отметил, что обращался к этой теме в картинах «Мать и сын» и «Спаси и сохрани» (1989, — Forbes Life), однако считает, что разговор о любви требует исключительной художественной точности и драматургического масштаба. «Та же «Ромео и Джульетта» соткана из такой ткани, которую я чувствую, даже запах ее чувствую, но это мне не под силу — надо расти, развиваться», — заключил Сокуров.

Открытый разговор о сложном

В финале встречи гости задали режиссеру свои вопросы, охватившие широкий круг тем — от истории XX века до театра, кино и природы коллективной ответственности.
Журналист, писатель и креативный консультант Алена Долецкая попросила Сокурова назвать режиссеров, чьи спектакли он считает обязательными к просмотру. Режиссер отметил бывшего художественного руководителя Большого драматического театра Андрея Могучего, назвав его постановки выдающимися по масштабу и сценографическому решению. По словам Сокурова, театр остается для него пространством предельной художественной сложности и профессиональной дисциплины. «В кино мы занимаемся арифметикой, а театральная режиссура — это высшая математика», — сказал он.
Одним из последних прозвучал вопрос о новом фильме Андрея Звягинцева «Минотавр». Сокуров признался, что картину еще не смотрел, однако высказался о профессиональном пути коллеги. По его словам, режиссер последовательно выстраивает международную карьеру, а следующим логичным шагом могла бы стать работа не только с новой культурной средой, но и с другой языковой и драматургической традицией.
Завершая встречу, режиссер поблагодарил гостей за внимание и готовность к открытому разговору. «Труд понимания другого человека — самый тяжелый труд. Я хочу, чтобы вы понимали: мы с вами единая община. Благодарю вас сердечно», — сказал он.