Кому выгодна «Эпическая ярость»: что происходит на рынках после ударов по Ирану

Главным событием наступившей весны стала военная операция против Ирана, которую начали Израиль и США, назвав ее «Эпическая ярость». Иран подвергся авиаударам, в результате которых погиб духовный лидер Ирана Али Хаменеи, правивший страной с 1989 года. Иран, в свою очередь, атаковал Израиль и своих соседей по Персидскому заливу, в частности, ОАЭ и Катар. 
Президент США Дональд Трамп заявил, что операция в Иране может продолжаться около четырех недель. Он обратил внимание на то, что вооруженные силы уже уничтожили значительную часть верховного руководства страны, и призвал иранских военных сдаваться. В понедельник, 2 марта, обмены ударами продолжились, а в конфликт вовлекается все больше стран. Например, Великобритания заявила, что позволит США использовать свои базы на Ближнем Востоке для ударов по Ирану.

Кому война…

Эскалация на Ближнем Востоке привела к приостановке навигации в Ормузском проливе, который соединяет Оманский и Персидский заливы и частично контролируется Ираном. Через этот пролив в 2025 году прошло около 31% мировых поставок нефти (по данным Kpler) и до 30% СПГ. Грузоперевозчики не выпускают суда в пролив после того, как в выходные как минимум три корабля подверглись атакам. 
Это, в свою очередь, привело к скачку цен на нефть марки Brent — она подорожала на 10%, однако затем скорректировалась и сейчас торгуется около $79 за баррель, что на на 8% больше, чем до атак. Скачок цен стал самым сильным с 2020 года, когда нефтяные цены росли из-за пандемии COVID-19. При этом в начале года нефть марки Brent стоила $59 за баррель, а теперь аналитики размышляют, возможен ли рост до $100 за баррель. 
По мнению аналитиков, цены на нефть останутся высокими, пока ситуация в Ормузском проливе не стабилизируется, пишет Reuters. Например, аналитики Citi прогнозируют стоимость Brent на уровне $80-$90 и полагают, что котировки вернутся к $70 за баррель по мере деэскалации конфликта. Wood Mackenzie высказывает мнение, что Brent может достичь и $100 за баррель, если проход танкеров через Ормузский пролив не восстановится в ближайшее время.
«Устойчивость ралли будет зависеть от способности стран восстановить безопасность судоходства. При сохранении блокады пролива сценарий возврата котировок к уровням $100 и выше становится более вероятным, чем коррекция», — говорит директор департамента торговых операций ГК ГБИГ Холдингс Дмитрий Царьков. 
Кроме нефти, сильно подорожал и газ — котировки в Европе подскочили сразу на 28% из тех же опасений по поводу навигации в Ормузском проливе. Также негативным фактором стали удары по инфраструктуре катарской QatarEnergy, которые привели к приостановке производства СПГ. Именно фактор возможных перебоев добычи и экспорта СПГ стал триггером для резкого роста цен на газ в Европе, говорит директор департамента управления благосостоянием УК «АФ Капитал» Руслан Клышко. 
Индексы акций упали: европейский индекс STOXX 600 снизился на 1,5%, до 623,9 пунктов — это двухнедельный минимум, отмечает Reuters. В США ключевые индексы тоже снизились в пределах 0,4-0,6%. Это связано не только с самим фактом начала ракетных ударов, но и с опасениями инвесторов, что новый конфликт затянется. 
«Риск затяжного конфликта выше, чем в 2024 или 2025 году, хотя мы не видим, чтобы эта война обострилась до такой степени, что это кардинально изменило бы перспективы США», — отметил Аджай Раджадхьякша из Barclays в своей аналитической записке, его цитирует CNBC. При этом аналитик отметил, что покупать акции на спаде в начале недели было бы преждевременно. 
«Ключевой фактор — будет ли кризис краткосрочным или перерастет в устойчивое ограничение поставок [нефти и газа] через Персидский залив», — говорит генеральный директор семейного офиса Astero Falcon Глеб Назаренко. 

… а кому — прибыли

В отличие от западных инвесторов российские, напротив, 2 марта демонстрировали оптимизм и воодушевление. Индекс Мосбиржи за основную торговую сессию вырос на 1,3%, до 2835 пунктов. При этом акции «Татнефти» росли почти на 10%, «Роснефти» — на 8%, «Лукойла» — на 5%. 
Российские нефтяники — одни из главных бенефициаров эскалации ближневосточного конфликта, говорит аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман. Он объясняет: после того, как Индия сократила закупки российской нефти, основным рынком для российских нефтяников стал Китай. Он же был главным рынком сбыта для иранской нефти. То есть Россия и Иран фактически конкурировали за рынок Китая. 
С этим соглашается ведущий инвестиционный аналитик Go Invest Никита Бредихин. «Иранский нефтяной экспорт составлял около 1,5 млн баррелей в сутки, значительную часть из которых покупал Китай. В случае выбытия этих объемов можно ожидать, что Китай будет компенсировать эти поставки из России. Помимо этого, при дефиците нефти можно ожидать сокращения дисконтов для российской нефти марки Urals», — говорит Бредихин. 
Аналитик ИК «Велес Капитал» Елена Кожухова, в свою очередь, отмечает, что для российских, ориентированных на экспорт нефтяников благоприятен сценарий длительного конфликта на Ближнем Востоке. Прежде всего, речь идет о «Роснефти», «Лукойле» и «Сургутнефтегазе», а бенефициаром перебоев с поставками СПГ может стать «Новатэк», резюмирует она.