Миллион и земельный участок: как регионы переманивают врачей друг у друга

В России уже 14 лет действует программа «Земский доктор», согласно которой специалист, устроившийся на работу в село или небольшой город, получает «подъемные». Базовая сумма для сельской местности — 1 млн рублей — не менялась с 2012 года. Больше платят только за переезд в труднодоступные регионы: 1,5 млн рублей за отдаленные территории, 2 млн рублей — за Дальний Восток, Крайний Север, Арктику и новые регионы*. Взамен врач обязуется отработать в местной медорганизации пять лет, а в случае досрочного расторжения договора — пропорционально компенсировать полученные средства.
Программа была создана, чтобы сократить разрыв в обеспеченности кадрами между крупными и маленькими, а зачастую еще и удаленными населенными пунктами. Существенных изменений не произошло, и в июне 2026 года депутаты Госдумы от КПРФ предложили проиндексировать базовую сумму по «Земскому доктору», посчитав ее недостаточной. Так, ее рекомендуют поднять до 1,5 млн рублей для обычных территорий и до 2,5 млн рублей для труднодоступных.
В то же время отдельные регионы уже ввели свои дополнительные меры, надеясь привлечь кадры более существенной суммой.

Охота на врачей

Лидером по размеру выплат стала Оренбургская область: там за трудоустройство в медучреждения Орска и Новотроицка предлагают 4 млн рублей. Эти города особенно остро нуждаются в кадрах: в местной больнице скорой помощи укомплектованность штата не превышает 48%. Власти региона утверждают, что программа не связана с «Земским доктором», и что вся сумма платится региональным бюджетом. Но, правда, и отрабатывать ее придется дольше — семь, а не пять лет.
Остальные регионы возлагают надежды на «земскую» выплату государства с собственной надбавкой. Так, в Тыве хирургам, готовым работать в двух самых труднодоступных районах, обещают 3 млн рублей — это стандартные 2 млн рублей от государства и 1 млн рублей из республиканского бюджета. До 3 млн рублей, где 1 млн рублей от государства, также предлагают в Липецкой области. В Башкирии наряду с «Земским доктором» действует региональная программа «Врачи для малых медицинских организаций», где выплата составляет 3 млн рублей за трудоустройство в пункте с населением менее 25 000 человек (совместить две программы и получить до 4 млн рублей при этом нельзя). А в Татарстане врачам, готовым переехать из других регионов и стран, сверх федеральной программы выплатят 1,15 млн рублей.
В большинстве случаев, обещая повышенную выплату, регионы надеются привлечь врачей из другого субъекта. В Оренбургской области отчитываются, что делают ставку именно на «привлечение докторов из других регионов, например ожидается семья из Магадана и врач из Краснодара». В 2017 году занимавший пост врио губернатора Калининградской области Антон Алиханов (сейчас министр промышленности и торговли России) заявил, что региону приходится «воровать» врачей у других регионов.
Такая гонка только усиливает кадровый дефицит в тех районах, где врачу не могут предложить конкурентную зарплату. Профессор Финансового университета Владимир Гришин, который являлся первым директором Федерального фонда обязательного медицинского страхования (ФФОМС) с 1993 по 1998 год и занимался в том числе кадровой политикой, называет конструкцию программы изначально неэффективной без решения комплекса социальных вопросов: «Еще 14 лет назад, когда только запускали программу, было понятно: если комплексно не решить вопросы быта и условий работы специалиста, то будем платить миллионы, чтобы удержать врача на месте, но он все равно не согласится остаться».
Причина, по его словам, в том, что деньгами закрывается только один пункт из длинного списка: «Мало построить ФАП или больницу — нужно понимать, что врач приезжает туда не один, а с семьей. Где они будут жить и хватит ли им этого миллиона для обустройства? Где будет работать его жена или ее муж и какова будет зарплата? Где будут учиться и гулять их дети? Есть ли быстрый интернет, достойная социальная среда?»

Перераспределение кадров

За период 2012–2024 годов участникам программы в целом в качестве подъемных средств было выплачено почти 73 млрд рублей, а до 2030 года на эти цели планируется направить еще около 33 млрд рублей, то есть всего за 18 лет федеральный бюджет потратит на это 106 млрд рублей. На данный момент это позволило привлечь около 74 000 медицинских специалистов, и, согласно официальным данным, 82,2% из них остаются работать в регионе по истечении пятилетнего срока действия договора.
Эти данные неточно отражают действительность, считает доктор экономики, профессор, советник ректора РГСУ Константин Поздняков. «Озвученные показатели теряют вес на фоне общего сокращения числа врачей и продолжающегося оттока из государственного сектора в частный. Единовременная компенсация в 1-2 млн рублей решает краткосрочную задачу привлечения, но не решает повседневные проблемы: переработки, административная нагрузка, устаревшее оборудование и низкая базовая зарплата остаются без изменений. Ежемесячный доход остается недостаточным для удержания врачей в малом городе или селе», — заявил он, добавив, что, по данным Высшей школы экономики на начало 2024 года, 28% врачей работали в частных и ведомственных организациях.
При этом свежая рыночная статистика показывает важный момент: вакансий в коммерческой медицине стало меньше на 14%, а резюме — больше на 21%, заметила HR-директор мультисервисной компании Newstaff Олеся Бормотова. «На первый взгляд, кажется, что рынок должен становиться легче для работодателей. Но это не совсем так. Большая часть соискателей в медицине — уже работающие специалисты. Они не создают новый кадровый резерв, а выбирают, где условия лучше. То есть рынок не насыщается, а перераспределяет одних и тех же людей между работодателями», — добавила она. 
А вот выплата от государства или региона даже в 4 млн рублей быстро перестанет быть мотиватором для врача, если на месте он столкнется с перегрузкой, нехваткой коллег, слабым оборудованием, бюрократией, управленческим хаосом и отсутствием нормальной бытовой инфраструктуры, считает Бормотова. В таком случае он может отработать обязательный срок и уйти, или будет оставаться формально, но без вовлеченности и долгосрочной привязки к месту.
«В бизнесе это было бы очень похоже на ситуацию, когда компания дает сильному кандидату высокий входной бонус, но внутри у нее плохой руководитель, перегруженная команда, нет процессов и понятной системы оплаты. Вопрос — надолго ли этот сильный кандидат там останется. Поэтому денежные выплаты я бы рассматривала не как решение проблемы, а как один из элементов кадрового пакета: наряду с постоянной зарплатой, жильем или компенсацией аренды, нормальным графиком, понятной нагрузкой, дооснащением учреждений, карьерной траекторией и качеством управления внутри больницы. Без этого регион просто покупает временное закрытие вакансии», — отмечает она.
По подсчетам Минздрава, всего в России на начало 2025 года не хватало 23 297 врачей. Чтобы закрыть этот пробел, нужно заранее, за несколько лет вперед, думать о том, какое количество медиков способны выпустить медвузы, говорит Владимир Гришин. «Поясню: чтобы в текущем году увеличить выпуск врачей, например на 5000 человек, решение нужно было принимать шесть лет назад — ровно столько занимает подготовка кадров. Более того, чтобы получить на выходе дополнительные 5000 выпускников, нужно было принять в 2020 году не 5000, а порядка 7000 человек, поскольку за все годы обучения идет отсев студентов по различным причинам. В результате даже при росте приема в вузы в 5000 мест прямо сейчас, только через шесть лет отрасль получит на выходе не более 4000 новых кадров», — отмечает он.
То есть закрыть недостающие 23 297 человек можно, только если решение принимается отраслевым министерством ежегодно на протяжении как минимум десяти лет. Владимир Гришин также заметил, что мало самого административного решения об увеличении приема. Придется решать вопросы условий подготовки будущих врачей — это и материально-техническая база мединститутов, и профессорско-преподавательский состав, и программы обучения.  
Отдельная проблема, по словам Гришина, — стоимость обучения в медицинских вузах: «Медицинские вузы в рейтингах стоимости обучения занимают едва ли не первое-второе место. Естественно, заплатив за учебу миллионы, такие выпускники в село «по распределению» не поедут — они имеют право свободного выбора места работы, и это еще одна причина нехватки кадров в государственной системе».
Ситуация усложняется тем, что единого и регулярно обновляемого свода информации о региональных подъемных для врачей, а также о других положенных региональных льготах, окладах, укомплектованности больниц не существует — для того, чтобы сравнить данные, их нужно собирать вручную. Свой самостоятельный разбор провел, например, студент Первого МГМУ им. И.М. Сеченова Егор Кугно — еще будучи абитуриентом, он изучил документацию министерств здравоохранения всех регионов страны, направил официальные запросы и вступил в переписку с 70 ответившими ему ведомствами. Итогом стала независимая база данных, актуальная на 2025 год, которую он публикует в открытом доступе.

Оговорки да ловушки

Для себя Егор Кугно ни один из регионов не выбрал, посчитав условия недостаточно справедливыми, притом что отрабатывать их придется пять, а в некоторых случаях и более лет. На вопрос Forbes о том, есть ли регионы, где выгодные на первый взгляд условия на деле могут обернуться против врача, он ответил, что таковыми можно назвать все. По его наблюдениям, даже в регионах с внешне щедрыми условиями почти всегда находится оговорка, которая ограничивает реальную пользу от выплаты.
Например, во многих субъектах региональные подъемные и жилищные сертификаты требуют минимум трех лет непрерывной отработки, по словам Кугно, «это не подарок в момент переезда, который можно потратить сразу, а отложенный бонус, который при этом можно легко потерять при малейшем отклонении от плана». Существуют и откровенные «ловушки», рассчитанные на врачей, которые не вчитываются в документацию и не выясняют все нюансы. Так поступают, по словам студента, в Рязанской области.
«Наличие вакансии в больнице не гарантирует получение миллиона. Ежегодно Минздрав утверждает квотируемый реестр должностей, и если ставка не включена в этот реестр финансирования на текущий год, врач обязан отработать целевой договор, но права на выплату у него нет», — отмечает он в своем блоге.
Еще одна такая «ловушка» рассчитана на студентов, которые надеются заключить с регионом целевой договор (соглашение, по которому регион оплачивает студенту обучение в обмен на обязательную отработку после выпуска в конкретном учреждении) и дополнительно получить выплату по «Земскому доктору». Большинство регионов прямо указывают, что это возможно, но умалчивают, что выплата полагается только сотрудникам тех учреждений, укомплектованность штата которых  составляет менее 60%. «А поскольку абитуриент не может заранее знать кадровый состав больницы, в которую его направят через 6-8 лет, эта мера поддержки, по сути, не действует», — говорит Кугно.
Владелец Юридического центра «Терских» Виктор Терских приводит показательный случай из своей практики, который показывает неповоротливость системы и ее непривлекательность для медика: молодой врач-целевик после ординатуры получил возможность работать неврологом в крупной государственной больнице — то есть не собирался уходить в частную медицину или из профессии, — но прежнее обязательство требовало отработки в другом городе. «Система в такой ситуации часто видит не врача, который готов лечить людей там, где он нужен, а должника, с которого надо взыскать деньги», — отметил он.
Кроме того, некоторые регионы скрывают официальный оклад, который выплачивают в больницах, — бывает так, что зарплата, которая ожидает врача на новом месте, будет настолько низкой, что ее нехватку едва покроют «подъемные», которые изначально предполагалось потратить на то, чтобы обжиться и обзавестись недвижимостью или автомобилем, а также поддержать семью.
«Особенно в этом вопросе меня удивила Кабардино-Балкария, — делится впечатлениями с Forbes студент-медик Кугно. — По региональному постановлению об оплате труда медработников, оклад врача-терапевта участкового составляет 8700 рублей, врача стационара — 9200 рублей. Это официальный антирекорд из всех регионов, которые я разбирал. Минимум в 2,5 раза ниже федерального МРОТ (22 440 рублей)».
Изучив условия всех российских регионов, он сделал вывод, что программы изначально и не рассчитаны на привлечение врачей в села и малые города надолго: «Если посмотреть на то, как сконструированы сами программы, станет видно, чего на самом деле добивается регион — временного затыкания дыры в графике дежурств, а не реального удержания».
Помимо денежных выплат по «Земскому доктору», регионы предлагают врачам и другие виды поддержки — но и они зачастую привлекательны и эффективны только на первый взгляд. Чаще всего это дополнительная выплата, которую можно вложить исключительно в ипотечное жилье на местной территории. В пример студент приводит Ивановскую область: «Размер выплаты на первоначальный взнос по ипотеке составляет 900 000 рублей, но чтобы ее получить, нужно заключить обязательство по отработке сроком на пять лет, что фактически создает условия «двойного контракта».
В Московской области с июля 2022 года действует отдельная программа «Земля врачам»: медики 36 дефицитных специальностей, проработавшие в регионе не менее трех лет, могут получить бесплатный участок площадью от 8 до 15 соток в городских округах и до 25 соток в сельской местности. Землю дают на шесть лет — за этот срок нужно построить на ней дом или другое капитальное сооружение, только после этого участок можно оформить в собственность. Сама программа не предусматривает ни дома, ни материалов, ни денег на строительство — участок нужно осваивать полностью за свой счет. По данным на июль 2026 года, регион раздал уже 2667 таких участков, домов на них построено 429.
«Чтобы освоить участок, поднять и содержать дом, нужны зарплата в районе 500 000 рублей в месяц и накопления в пару десятков миллионов — просто чтобы подключить газ и коммуникации. А ведь еще и автомобиль потребуется. По сути, врач должен быть миллионером и должен вложить туда свои силы и здоровье вместо того, чтобы лечить людей», — комментирует решение подмосковных властей Владимир Гришин. 

Решение есть — денег нет

По мнению Гришина, только программы комплексного территориального развития, включая укрепление малых и средних городов и сел, дадут результат. «Понимая, что происходит отток работников социальной сферы, федеральное правительство и власти субъектов предпринимают усилия в этом направлении. Важным шагом является срочное развитие передвижных поликлиник. Это приближает медицинское обеспечение к местам проживания, повышает доступность медицинской помощи, причем сразу», — считает он.
Есть задачи и перед финансовыми органами, в частности, выравнивание зарплат между регионами одного федерального округа. По мнению Гришина, в рамках одного федерального округа зарплата должна быть примерно одинаковой, поскольку округ — это объединение территорий с сопоставимым уровнем развития: «Если в конкретном регионе не хватает денег, для этого и существуют межбюджетные отношения — при формировании бюджета Минфин должен предусматривать на эти цели трансферты».
Отдельный вопрос — структура и уровень заработной платы медработников. Сейчас в отрасли действует повременно-премиальная система оплаты труда, то есть оплачивается время пребывания врача на работе. «Я не понимаю и отказываюсь принимать ситуацию, когда докладывают как достижение, что оклад в зарплате доведен до 50% от средней в регионе зарплаты. У врача оклад должен составлять не менее 95% зарплаты — это железное правило, и небольшие премиальные за объемы работы», — говорит Владимир Гришин.
Похожей позиции придерживается депутат КПРФ, замглавы Комитета Госдумы по охране здоровья Алексей Куринный: «Мы считаем, что надо централизованно увеличить фонд оплаты труда, надо выравнивать зарплаты между регионами, и устанавливать стандартный базовый набор мер социальной поддержки в виде, например, льготной ипотеки по типу IT-ипотеки».
Он также напомнил, что у государства уже есть готовый план подобной реформы — вопрос только в том, будет ли он реализован в срок. «В 2022 году правительство подготовило постановление о переходе на новую систему оплаты труда для медицинских работников, которая предполагала рост фонда оплаты труда и выравнивание заработной платы между регионами, однако реализация данной инициативы отложена до 2027-го. Стартует ли она, как запланировано, или вновь будет отсрочка — неизвестно. В проекте бюджета на ближайшие три года дополнительных денег на это пока нет», — сообщил он Forbes. 
*Донецкая и Луганская народные республики, Херсонская и Запорожская области вошли в состав России по итогам референдумов в сентябре 2022 года, проведенных спустя полгода после начала «спецоперации»* * России на Украине (Украина, США и страны ЕС не признали результаты этих референдумов). 
**Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке материалов о специальной операции на востоке Украины все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 57 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.