Меньше коров — больше молока: почему сокращается поголовье сельхозживотных

Поголовье крупного рогатого скота в России, по данным Росстата, на конец июня 2026 года сократилось год к году на 4,1%, до 16,3 млн голов. Количество коров уменьшилось на те же 4,1%, до 7 млн. свиней —  на 0,9%, до 28,9 млн, овец и коз — на 8,3%, до 18,9 млн, птицы —  на 2,4%, до 561,1 млн.
Самое значимое падение — в фермерских и личных подсобных хозяйствах. При этом сокращение заметны и там, где проекты все труднее окупить, и, наоборот, там, где эффективность можно наращивать даже при меньшем количестве животных,  говорит руководитель проектов практики «АПК и потребительский сектор» компании Strategy Partners Артем Суворов. 
Сокращение поголовья крупного и мелкого рогатого скота (КРС и МРС) продолжится, но в свиноводстве и птицеводстве, благодаря доминированию крупных агрохолдингов, возможен даже умеренный рост, уверен Суворов. 

Молочные берега

По оценке Минсельхоза, в 2025 году рентабельность молочного скотоводства без учета субсидий была на уровне 22%. 
В молочном производстве хозяйства становятся все больше, создаются мегафермы от 1000 голов. «Использование передовой генетики и сбалансированных кормов повышают надои от одной коровы, но это приводит к сокращению числа животных, — говорит гендиректор Национального союза производителей говядины Роман Костюк. — В январе 2026 года производство молока в сельхозорганизациях выросло на 3,6% при сокращении поголовья коров на 0,8%».
В крупных компаниях выбраковывают низкопродуктивных коров, улучшают генетику, кормление и содержание, подтверждает Суворов. При сокращении поголовья в 2025 году, добавляет он, производство молока в России достигло 34,2 млн т — максимум за четверть века. 
Государство поощряет создание больших хозяйств. Как рассказали  Forbes в Минсельхозе, в госпрограмме развития сельского хозяйства предусмотрен грант на укрупнение молочных ферм. Хозяйства, где не менее 1000 голов скота, имеют более устойчивую экономику производства и, как правило, более высокую рентабельность и лучше справляются с колебаниями рынка, говорит представитель ведомства. Максимальный размер гранта — 265 млн рублей.

Мясные бычки

В мясном скотоводстве поголовье тоже сокращается, но по другой причине. Рентабельность здесь, даже с учетом субсидий, не превышает 2,5%, а без господдержки и вовсе уходит в минус, говорит Костюк. Из-за долгого цикла окупаемости и отсутствия доступных «длинных денег» новые проекты практически не появляются, инвестиционная привлекательность сектора остается низкой на фоне растущих затрат, поясняет эксперт.
В 2024 году количество КРС в России сократилось почти на 700 000 голов, из-за этого выросло производство говядины — на 4,5% в сельхозорганизациях и на 2,3% в крестьянско-фермерских хозяйствах. Но уже в следующем году сокращение стада привело к падению производства мяса на 4,6%, или 75 500 т,  до 1,566 млн т в убойном весе. Снижение зафиксировано во всех категориях хозяйств — и в крупных, и в мелких, добавляет Костюк.
Особенно трудно пришлось приграничным регионам. Даже лидер отрасли, «Мираторг», вынужден сокращать поголовье из-за логистических и геополитических рисков, говорит Костюк. «Мираторг» сообщал, что за последние два года поголовье скота у них сократилось на 18% из-за массового убоя в «Брянской мясной компании», регулярно попадавшей под обстрелы. В июле 2026 года президент «Мираторга» Виктор Линник заявил, что компания переводит земли из мясного скотоводства в растениеводческий сектор, который видится более маржинальным. По его словам, один гектар, отданный под животноводство, в лучшем случае приносит компании 10 000-15 000 рублей прибыли в сравнении с 25 000-30 000 рублей на гектаре под зерновыми культурами без учета форс-мажоров.
На сокращении поголовья, по словам Костюка, сказывается и отток племенного материала. Страны Центральной Азии —  Казахстан, Узбекистан, Киргизия —  активно скупают российский племенной скот для развития собственных хозяйств. Продавать его российским компаниям оказалось выгодно: спрос растет, а государство компенсирует производителям затраты на выращивание коров. В 2025 году поддержка покрывала 70% расходов. Все это ведет к сокращению поголовья. 
Есть и другие проблемы. В молочном и мясном скотоводстве требуются квалифицированные кадры, большие предприятия предлагают неплохие зарплаты, так что люди переходят туда, а небольшие фермы исчезают, говорит директор по развитию аналитической платформы АПК «АгроИнсайт» Любовь Савкина. За последние годы также существенно возросли затраты на корма.
При этом говядина проигрывает конкуренцию свинине и мясу птицы по цене. Покупатель все чаще выбирает более дешевое мясо, говорит Савкина. Высокие розничные цены на говядину не означают высокой доходности фермера, напоминает Суворов: к стоимости мяса добавляются убой, разделка, логистика, хранение и торговая наценка.
Общее поголовье КРС в 2026 году продолжит сокращаться, как и производство говядины, уверен Костюк. В январе–феврале 2026 года падение производства мяса уже составило 6,6%. 

Исчезающие хозяйства

Наиболее заметно сокращение количества животных на небольших фермах, говорит независимый эксперт аграрного рынка Александр Корбут. На долю малых хозяйств приходится 95% сокращения поголовья овец и коз, 90% КРС, две трети свиней и половина птицы, продолжает он. При этом, по данным Минсельхоза на 2026 год, доля малых форм хозяйствования в поголовье крупного рогатого скота в российском животноводстве составляет 55,9%, овец и коз —  85,1%.
В личных подсобных хозяйствах и на небольших фермах, отмечает Суворов, содержание животных становится менее привлекательным, чем покупка мяса и молока. Население в селах стареет, работников не хватает, пастбищ тоже, усложняются ветеринарный учет, перевозка и реализация продукции, так что люди отказываются от разведения КРС и МРС, заключает Суворов.
Из-за этого, говорит Суворов, сокращается количество нишевой продукции: баранины, козьего молока, фермерских сыров и других локальных продуктов. Все это крупные агрохолдинги зачастую выпускать не готовы из-за небольшого объема рынка и сложной логистики.

Устойчивые свиньи и неприбыльные овцы

Сокращение поголовья птицы и свиней на конец июня 2026 года год к году незначительное, 2,4% и 0,9% соответственно, и  не всегда означает кризис, говорит Савкина. Как и в молочном производстве, современная генетика, корма и технологии позволяют получать больше продукции от меньшего количества животных. Поэтому небольшое снижение поголовья при стабильном или растущем производстве — нормальный процесс, поясняет эксперт. 
Птицу и свиней выращивают в основном крупные вертикально интегрированные холдинги, напоминает  Суворов. Свиноводство и птицеводство последние годы показывали неплохую доходность, правда, рентабельность выращивания свиней в этом году, по данным Национального союза свиноводов, может даже опуститься до нуля. Эти подотрасли животноводства способны дольше поддерживать поголовье даже при снижении маржинальности, отмечает Суворов. 
Другая история с содержание МРС — это дело сложное и не самое выгодное. Овцеводство и козоводство зависят от наличия пастбищ, дешевой рабочей силы и локальных каналов сбыта, отмечает Суворов. Доход от шерсти зачастую не покрывает даже расходов, а баранина остается региональным и фрагментированным сегментом рынка. Минсельхоз еще по итогам 2025 года ожидал сокращение поголовья овец и коз примерно на 8%, с 19,1 млн до 17,65 млн голов, напоминает Суворов, и это весьма правдоподобно.